Английское чтение

Мне всё было интересно, как же здесь учат детей читать, потому что в английском языке звук обычно расходится с изображением. В смысле, по тому, что написано, далеко не всегда можно понять, как оно читается (одна и та же буква читается по-разному в разных словах, и никак правил тут нет, например: cut и put). Оказывается, учат их старым дедовским способом — они просто заучивают произношение/написание распространённых слов. В конце года будет экзамен, где надо будет прочитать 50 таких «коварных» слов.

Прочитала, что несмотря на то, что английский считается довольно лёгким для изучения языком, по результатам исследования, он оказался самым сложным европейским языком для обучения детей чтению. В среднем, в Англии изучение основ грамоты занимает в два раза больше времени, чем во многих других странах Европы. И, кстати говоря, в англоязычных странах гораздо больше детей, страдающих дислексией – затрудненным восприятием письменного текста.

Великий могучий

dsc01043_2Мне тут одна вежливая директор одной вежливой русской школы на мой комментарий, что нам не интересны их уроки развития речи,
возмутилась: «вы понимаете, русский язык это не то, как вы с детьми на кухне разговариваете, мы же учим настоящему литературному языку!» . Я, конечно, подавила в себе естественное желание ответить ей литературным языком и положить трубку. Но всё-таки полезную мысль она заложила — понаблюдать за собой, насколько я использую разнообразный язык в быту.

И я какое-то время шпионила за собой, прислушиваясь к словам, которые я употребляю в общении с детьми, и поняла, что в принципе никогда специально и не упрощала свою речь — даже когда общалась с младенцами. Егорыч раньше часто спрашивал меня значение новых слов, потом стал всё реже — видимо, стал уже сам догадываться интуитивно (судя по тому, что он потом вводит их в свой оборот, вроде догадывается правильно). Недавно, вот, с детьми на примерах изучали отличие субъективной информации от объективной (началось с вопроса Егорыча «мама, а 15 минут — это много или мало?»). Или обсуждали значение слова «ритуал» на примере японской чайной церемонии (по мотивам купленной на распродаже книжки про самураев 🙂 ). А сегодня пришлось рассказывать детям в понятных для них терминах про архетипы Юнга — не поумничать ради, просто сын потребовал от меня объяснений, о чём был мой тренинг в субботу, и мой ответ, что это как бы не для детей, его не удовлетворил, пришлось всё рассказывать как есть (я ещё легко отделалась, просто повезло, что архетипы можно хоть как-то объяснить в связи с народными сказками, не после каждого тренинга бывает такое везение 🙂 ).

Это, кстати говоря, одна из двух основных причин, почему я не буду говорить со своими детьми дома на англицком языке: когда я говорю по-русски, я передаю часть своего мироощущения, когда говорю по-англицки — просто пытаюсь подогнать свои мысли под общепринятые устойчивые выражения и моё богатство речи падает в разы (хотя, признаю, у меня во внутреннем диалоге есть устойчивые выражения на англицком, просто потому, что аналогов на русском нет или они не так лаконичны — но вряд ли бы Пушкин это одобрил 🙂 ).

А тут ещё недавно в местной FB группе была оживленная дискуссия по поводу двуязычия, и практически все признали, что они разные, когда общаются на английском и на русском. У детей так вообще раздвоение личности — когда они говорят по-англицки, они одни, когда по-русски — совершенно другие (то есть не просто используются другие слова, а реально человек ведёт себя по-другому в зависимости от языка, который использует в данный момент).

И это, кстати, не выдумки. Оказывается, были исследования на эту тему, которые показали, что одни и те же люди, общаясь на разных языках, проявляют разные черты характера. Например, когда используешь иностранный язык, между моралью и практической пользой, чаще выбираешь пользу (обоснование тут такое: использование ин. языка -> меньше эмоциональности -> меньше моральных дилемм,  поскольку «мораль» обычно включает эмоциональный отклик и рациональное обоснование — вот этого «эмоционального отклика» как раз и меньше, когда говоришь на неродном языке).

И ещё прочитала замечательную чешскую пословицу о том же: «выучи новый язык и получишь новую душу» . Пошла домучивать доучивать свой испанский, душа давно просит :).

Стоматология по-английски

Первый шок от «легкомысленного» лечения детских зубов в Англии сменился огромным выдохом облегчения, что мы избежали всех тех ужасов, которые нам обещали российские врачи.

А началась эта история ещё в Крыму, как водится, перед отъездом. Зашли к врачу просто «на провериться», мне показалось что-то тёмненькое на зубике Ники. А через 5 минут мне стоматолог уже читала лекцию, что у детей в силу особенностей строения зуба, не бывает глубокого кариеса и пульпит образуется стремительно. А лечат детский пульпит в России так: либо кладут на 2 недели «лекарство» (если можно так назвать препарат, убивающий нерв), и потом пытаются как-то шутками-прибаутками убедить ребенка долечить зуб уже под местной анестезией. Либо сразу делают общую анестезию и лечат всё за один сеанс (тут возникает много вопросов относительно безопасности общей анестезии у детей — так как она не лучшим образом влияет на мозг и т.д.). Как бы там ни было, до отъезда у нас оставалась ровно неделя, поэтому у нас не было уже ни первого, ни второго варианта.

Всё, что мне посоветовали, это обратиться к стоматологам по месту жительства, в Англии, и ещё упомянули, что там вроде другой протокол лечения детских зубов (ну я как бы и так об этом догадывалась, в Англии другой протокол лечения всего 🙂 ). По возвращению на туманный Альбион, я думала, что постепенно вникну в местную специфику и найду подходящий вариант лечения (как только разберусь с началом школы у Егорки, до-школы у Ники, секций и групп у обоих и т.д.). Но через неделю после возвращения из Крыма дочь расплакалась ночью, теперь уже не с привычными для нас жалобами на животик-ушко-т.д., а с новой и пугающей для нас формулировкой «болит зубик!», и мы поняли, что нам придётся очень скоро узнать, какой именно в Англии протокол лечения пульпита.

Заболел зубик, конечно, по известным законам мироздания, в пятницу вечером. В субботу и воскресенье все клиники закрыты. Если просто у человека что-то сильно болит, то можно поехать в госпиталь в любое время дня и ночи, а вот куда ехать, если болит зуб, мы пока не знали. Позвонили на номер 111, типа первая мед. помощь по телефону (но не настолько неотложная, как 999). Они долго выспрашивали, не хлещет ли фонтаном кровь из зуба, не наступает ли у ребенка шок от боли и т.д., и в конце резюмировали — вам просто надо дождаться понедельника и пойти к своему лечащему врачу, скрасив выходные парацетамолом. Они-то сказали и положили трубку. А дочь орёт, пол-ночи, навзрыд (ох уж эта любовь английских медиков к парацетамолу — помню, когда я приехала с родовыми схватками в больницу, мне дали 2 таблетки парацетамола, типа обезболивающее. При схватках, да.).

Ещё я вспомнила про обезболивающий гель с лидокаином, который используют у младенцев, когда режутся первые зубки… но, вспомнила я о нём только утром в воскресенье, и, конечно же оказалось, что все местные аптеки по воскресеньям закрыты.

Врач принял нас с утра в понедельник (что нереальная удача в Англии, так как мы вообще не были приписаны до этого ни к какой клинике). Здесь стоматологическая клиника больше похожа на салон красоты, чем на медицинское учреждение. Информации про лечение зубов — ни слова, всё  только про отбеливание-выравнивание-т.д. На одного пациента выделяется 10-20 минут. Врач прочистила дырку (то есть просто вынула пинцетом застрявшие кусочки еды), продула воздухом и наложила временную пломбу (да, без бор-машины и без пломбирования каналов — я пожалела, что сама не промыла зуб антисептиком или хотя бы водой перед посещением). И выписала общий антибиотик и, конечно же, парацетамол. И сказала, что если зуб будет болеть больше трех дней — прийти на удаление (полагаю, под общим наркозом — я не спросила, но вроде в Англии маленьким детям это делают именно так). Первую ночь после такого «лечения» зуб у дочи болел так, что я уже была согласна на общий наркоз — хотя бы для себя, чтобы пережить как-то эти 3 дня. Потом, к счастью, стало утихать.

Еще одна особенность английской стоматологии в том, что лечить зубы у детей можно только раз в 3 месяца, даже если дырки уже есть в наличии. Считается, что лечить чаще — это слишком большой стресс для ребенка (или для английской системы здравоохранения 🙂 ). Зато, через 3 месяца, Нике уже исполнилось 4 года, и следующий зуб ей уже немного посверлили, прежде чем наложить ту же временную пломбу. Я зорко следила, какую именно пломбу будут накладывать, потому что в Англии до сих пор широко используются пломбы, содержащие ртуть.

В любом случае, к счастью, это еще не постоянные зубы, и нам надо просто протянуть несколько лет, пока эти зубы сами выпадут. А пока я попросила врача наложить защитную пасту, надеюсь, немного поможет оттянуть момент следующей встречи моих детей с зубными феями :).

 

 

09/11/2016 | Опубликовано в : Здоровье | Комментарии закрыты